Российский политолог Иван Преображенский: "Кремль делает вид, что режимы в ДНР и ЛНР принимают какие-то самостоятельные решения, конфликт не возвращается к военной фазе, но и не прекращается"

Российский политолог Иван Преображенский, отвечая на вопрос информационного агентства Росбалт о развилках в развитии России в прошедшем 2015 году, сказал: "Кремль делает вид, что режимы в ДНР и ЛНР принимают какие-то самостоятельные решения, конфликт не возвращается к военной фазе, но и не прекращается".

В целом Иван Преображенский сказал следующее:

"Главную развилку в своей истории Россия прошла несколько раньше – в 2014 году, приняв решение о присоединении Крыма. Именно после этого внутренняя политика полностью подменила внешнюю. Тогда и была пройдена принципиально важная развилка – встраиваться ли в существующую систему мироустройства или пытаться построить свою. Мы решили больше не играть по правилам, которые сложились после окончания «холодной войны». И все за этим последовавшее стало результатом этого принципиального выбора, в том числе конфликт с Западом, попытка заключения вынужденного союза с Китаем, в котором Россия заняла бы подчиненную роль и, наконец, отказ от принятой в конце 1980-х годов модели развития общества потребления.

Эти решения властей большей частью населения были приняты и поддержаны. Правда, не на рациональном, а на интуитивно-эмоциональном уровне. Что не отменяет формирование после 2014 года  принципиально нового политического режима в стране. Он начал складываться после победы Владимира Путина на президентских выборах 2012 года и окончательно сложился после присоединения Крыма.

Что же касается именно 2015 года, то тут Россия ни разу не принимала стратегических решений. Все, что было, можно назвать скорее отложенным выбором. Например, ее отношения с Украиной и позиция в отношении Донбасса, федерализации этой соседней страны и контроля над ее газотранспортной системой. Никакого выбора не сделано. Кремль делает вид, что режимы в ДНР и ЛНР принимают какие-то самостоятельные решения, конфликт не возвращается к военной фазе, но и не прекращается. В этой ситуации никак нельзя сказать, что это решение окончательное.

То же самое касается и отношений с Западом. Санкции и антисанкции действуют, но Владимир Путин начал встречаться с европейскими и американскими политиками.
Ситуация в Сирии также в ряду этих неокончательных решений. Вмешаться Россия вмешалась. Но как она будет выходить из Сирии, если понадобится, – никто не знает, даже если какие-то оперативные планы на этот счет и есть в российском Генштабе. Это ведь вопрос отнюдь не только военный, а больше политический.

Даже во внутренней политике инерционно продолжали развиваться тенденции, зародившиеся в 2014 году: от давления на НКО и независимую прессу, до усилий по сохранению того самого «подавляющего большинства», которое убеждают в том, что именно на его мощи базируется нынешний политический режим.

Так что можно сказать, что в 2015 году российский витязь замер на распутье и глубоко задумался. Куда идти дальше? Как ни поверни, всюду возможны потери. К концу дороги речь может зайти о политическом режиме или вообще о стране. Страшно, но надо, видимо, зажмурить глаза и куда-то шагнуть. Может быть, даже лучше назад. В шахматах такая безвыходная ситуация называется цугцванг. И именно в него Россия в 2015 году и попала, а все ее попытки выбраться приводят к тому, что страна только глубже увязает в неопределенности".
 

• Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность отправлять комментарии