Об этом говорится в сообщения о подозрении, переданного накануне лидеру партии "Батькивщина" Юлии Тимошенко, пишет Коммерсант [1].

"Выдержки из сообщения о подозрении", оказавшиеся в распоряжении издания, состоят из двух частей.

Источники в силовых структурах утверждают, что от оригинала сообщения документ отличается незначительно. Фигуранты дела об убийстве Евгения Щербаня, в частности Юлия Тимошенко и Павел Лазаренко, указываются в нем как Т. и Л. соответственно.

В первой части излагаются обстоятельства появления на украинском рынке компании "Единые энергетические системы Украины", которую возглавляла Тимошенко, и формирования задолженности перед минобороны России за купленный газ в обмен на предоставление строительных услуг.

Вторая часть документа посвящена обстоятельствам подготовки убийства Щербаня.

По версии следствия, предпосылкой к совершению этого преступления стали действия тогдашнего первого вице-премьера Павла Лазаренко, который лоббировал принятие постановления правительства, которым за каждой областью закреплялся единый оптовый поставщик газа, у которого все предприятия были обязаны закупать топливо по установленной им цене.

В Днепропетровской и Донецкой областях таким поставщиком оказалась компания ЕЭСУ.

"За предоставление протекции на государственном уровне, лоббирование интересов и устранение преград в работе предприятия президент ЕЭСУ систематически перечисляла на указанные Л. счета в банковских учреждениях денежные суммы в размере 50% от всей прибыли, полученной компанией от совершения коммерческой деятельности",— утверждает следствие. 

В ГПУ уверены, что "одной из преград" на пути реализации этого плана стал Щербань, который инициировал появление распоряжения губернатора Донецкой области, которым "единой организацией, уполномоченой на заключение таких договоров", является не ЕЭСУ, а корпорация "Индустриальный союз Донбасса".

Как утверждают следователи, "на этой почве" между Лазаренко, Тимошенко и Щербанем "возникали конфликты, поскольку предприятия, подконтрольные последнему, категорически отказывались работать с ЕЭСУ на условиях Т. и Л.". 

"Так как непосредственно Т. и Л. не могли совершить убийство Евгения Щербаня, они решили заказать его другим лицам, то есть организовать убийство",— отмечают в Генпрокуратуре. 

Дальнейшие события, по версии следствия, развивались так: в первой половине 1996 года советник Павла Лазаренко Петр Кириченко, "не зная об истинных намерениях Т. и Л.", организовал в доме отдыха "Пуща-Водица" встречу Павла Лазаренко с уголовным авторитетом из Днепропетровска Александром Мильченко по прозвищу Матрос.

Как утверждают следователи, в начале года они встречались несколько раз, и на одной из таких встреч господин Лазаренко познакомил Матроса с Тимошенко.

"Т. и Л., действуя по предварительному сговору между собой, заказали М. (Александру Мильченко) убийство Евгения Щербаня, гарантировав за это выплату вознаграждения в размере $3 млн и, по просьбе М., содействие в приватизации Царичанского завода минеральных вод",— указывается в документе.

Для выполнения этого заказа Матрос обратился к руководителям банды, которая с конца 1993 года действовала в Украине, а в 1995-м организовала убийство президента футбольного клуба "Шахтер" Ахатя Брагина. 

Часть оговоренной суммы за убийство — $500 тыс.— Павел Лазаренко передал Мильченко через своего помощника, а тот отдал их Матросу 4 ноября, специально для этого отправившись в Днепропетровск.

После этого, утверждают следователи, Тимошенко и Лазаренко начали медлить с выплатой остальной суммы. После этого Тимошенко, "реализуя совместный умысел с Л.", обеспечила перевод денег на счета Петра Кириченко, который в свою очередь должен был перевести их на счета Мильченко "и руководителей преступной банды".

Особенно активно платежи (всего их было 9) со счетов проводились в мае 1997 года. Общая сумма выплаченных денег за убийство Евгения Щербаня составила $2,82 млн.

"Таким образом, своими умышленными действиями, которые выразились в организации совместно с Л. умышленного убийства при отягчающих обстоятельствах — из корыстных мотивов, Т. совершила преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 19. п. "а" ст. 93 Уголовного кодекса (в редакции 1992 года)",— подытожили в ГПУ.