Председатель наблюдательного совета ЧАО "Луганский завод автоклапанов" рассказал в Фейсбук [1] кто сегодня мешает заплатить работникам зарплату.
"Воткак встречался мой друг и компаньон Виктор с людьми в камуфляже по другую сторону Донца", - рассказывает он. -Уже много месяцев назад, когда завод еще работал, резко участились артобстрелы промзоны, где пять сотен работников завода автоклапанов ковали свой маленький ВВП. Новая киевская власть не стала мелочиться и перенимать опыт уничтожения бизнеса, как это делала Семья, с помощью налоговых и прокуратур и в течение нескольких месяцев градами и гаубицами 24 часа в сутки практически “восстановила” пошатнувшуюся экономику “ватного” Луганска. Попутно, с невероятной простотой и гениальностью был решен крайне дорогой во всем мире вопрос утилизации списанных боеприпасов (возле моего дома до сих пор лежит часть корпуса града 89-го (!) года выпуска). К сожалению, только несколько дней назад «Хью́ман Райтс Вотч» и Amnesty International сполна оценили этот титанический труд правительства и президента, подаренных нам Майданом. Думается, и Гаага еще скажет свое слово. Ну, то такое..
Шум станков и прессов частично заглушал свист мин, но после того, как от разрыва одной мины повылетали все стекла заводоуправления, а осколки другой пробили стену главного корпуса и просвистели над головой женщины-станочницы, было принято решение вынести вопрос продолжения работы на общее собрание. Решение было принято - добровольцы (практически весь коллектив) остаются и заканчивают месячный план. Цена вопроса - не остановить четыре огромных завода-потребителя наших железок. От себя и всего (!) Правления мог пообещать только зарплату с премиальными, и ежечасное нахождение вместе с ними под теми же минами.
Второе обещание оказалось, выполнить легче. Когда пришло время выполнять первое, город был уже в котле и продать сделанное под обстрелами стало сложно: таможня перестала быть (частично сожжена, частично закрыта), направление “в Украину” перерезано блокпостами, которыми ощетинились как “укропы”, так и “сепары”. Приняли решение прорываться на родную (такой она мне тогда еще казалась до залпов Градов по моей улице) Украину.
Переговоры с правнуками гетмана Мазепы были поручены Виктору, я взял на себя диалог с апологетами “русского мира”. На тот момент, как нам казалось, для всех участников “переговорного процесса” у нас есть железный аргумент: полтысячи людей заслужили, работая под огнем в блокадном городе, получить за это деньги, а руководство уже тогда - средства на восстановления завода. Забегая вперед, скажу, что и те и другие парни очень быстро внесли корректировки в мое мировоззрение.
По пути из Харькова в Луганск моего дипломата познакомили с доверенным лицом командира батальона Айдар. По описанию Вити, личность колоритная. Позывной - “Злой”. Как в “12-ти стульях”, полномочия отца (точнее, правой руки отца) украинской демократии в один голос подтвердило все околоайдаровское сообщество с заверениями, что на этом направлении (г. Счастье- Харьков) без Айдара даже петух не кричит. Кроме одного, известного в нашем политикуме и приезжавшего туда пофоткаться перед выборами.
Наш убойный аргумент, что людям надо запалить зарплату и не дать протянуть ноги их семьям откровенно повеселил “освободителя” этих самых людей. Было сказано, что ему на это пох, как пох и на то, что везем (правда, кроме оружия). И его “пох” нам обойдется всего-то.. в 10% (!) от стоимости груза. У Вити, как истинного бизнесмена, в голове мгновенно сработал предохранитель, и стоимость товара в двух предполагаемых фурах была занижена втрое. Даже при этом получилось весело - по 100тысяч (!) гривен с машины. После недолгих торгов- 80. Учитесь, сопляки таможеннико-налоговики.
Виктор поехал в Луганск, сел на свой служебный белоснежный новенький Туарег и рванул назад в Счастье готовить “контрабандный” переход. На “республиканском” посту у него, смышленого, этот свадебный Туарег благополучно забирают. Дело в том, что это был первый день действия одного из самых идиотских приказов Болотова “О всеобщей мобилизации”. А в 34 года сам Бог велел послужить русскому миру. Парня не били, а отправили с благословением и без машины домой.
Следующий день у его старшего партнера ушел на возвращение машины. Пришлось познакомиться с командиром поста, Андреем, с позывным “ДШБ”. Забрал. Клянусь, не платил НИЧЕГО. Вите это стоило подаренного ПМа под “резинку”, который он (тоже от избытка ума) вез в машине. Поблагодарить не успел, “ДШБ” на следующий день поймал осколок в голову и через два дня умер. Начинайте, точнее, продолжайте плевать в меня “патриоты” Украины, но и в нашем “котле” встречаются персонажи, готовые, не думая, замарать руки кровью врага, но не допускающие варианта “взять на лапу”.
Путешествие моего товарища продолжилось. Недолго. В Счастье на фильтрационном посту, при проверке документов, солдат, на беду, произнес вслух название нашего завода, на который зарегистрирована машина Виктора. Это услышало ОНО. Оно- Сева Филимоненко, хордовое насекомое (упорно старающееся эволюционировать до животного и достичь уровня некоторых киевских луганчан), глаза, уши, рот и остальные эрогенные зоны Ляшко в Луганской области.
С визгом “это завод главного сепара Луганска” членистоголовое стало совать Вите в лицо камеру и требовать рассказа о моем “финансировании cепаратизма”. Мой товарищ, забрызганный слюной, и совершенно обалдевший от таких вопросов, с явным энтузиазмом воспринял предложение имбецила съездить на “детектор лжы”, надеясь побыстрее покончить с этим бредом.
Все это время, Виктор повторял, что он ехал на встречу к Злому. Не помогло. Через некоторое время он уже сидел на заднем сиденье своей машины, вытирая разбитые губы и нос, выслушивая от рядом сидящего амбала, как его “все эти богатые уже за..бали” и получая от того же амбала наотмашь по зубам. Привезли в подвал Счастьенской школы милиции, поставили к стене в конце коридора, заставили раздеться до трусов и бросить вещи под ноги (говорит, что запомнился очень грязный пол). Собралось пять человек, Сева снимает. Начался перекрестный допрос.
Было так: когда на вопрос “где учился” получали ответ “на экономическом”, тут же следовал крик-утверждение “значит, ты у них общак держишь!”. Здесь принципиально понять, что мой друг от политики гораздо дальше, чем моя теща. Но он знает меня. Бедный парень, может быть, и сдал меня с потрохами, если бы ему было, что сказать.
Закончилось все неожиданно- прибежали от Злого. Растолкав палачей ( вместе с Севой) пинками, отряхнув от грязи одежду, упрекнув, что “слабо требовал Злого”, повезли на стрелку.
Стрелка была на заправке. Злой сразу демонстративно достал телефонную“глушилку”, обговорили детали. Бросался в глаза шикарный вид экипировки “бойца”-коммерсанта с холеным упитанным лицом и телом, и с явным отсутствием шрамов (может, кроме аппендицита). Было заявлено, что Туарег остается у них, как залог завершения “сделки”.
Свою задачу я не выполнил- решить вопрос с местной властью не смог. Витя завис в Счастье. Все попытки убедить Злого, что появились “обстоятельства непреодолимой силы” не возымели.. Включив весь свой админресурс, мой друг дошел до самого директора (по совместительству- командира Айдара). Это было сродни подвигу: приезд директора из Киева к своим орлам- событие крайне редкое и попасть к нему на прием сложнее, чем к министру. Витя смог. Неоднократные беседы заканчивались упреками от Мельничука в непорядочности и требованием “закрыть сделку”. Через неделю Виктор плюнул на машину и уехал в Харьков, а оплеванный им Туарег получил номер “Айдар 04” и еще больше месяца радовал жителей ночного Счастья музыкой, летящей из его белоснежного тела.
Финал оказался неожиданным. У родственника Виктора оказался друг с большими звездами ВСУ на погонах. Мужик не поленился вместе с “потерпевшим” приехать в Счастье, найти машину и вытащить за шиворот водителя. Вялая просьба последнего была удовлетворена- он получил написанную на колене расписку, что хозяин претензий не имеет. Все. Оказывается, и так бывает.
Всем мира.
Ссылки:
[1] https://www.facebook.com/a.nedoves?fref=ts