Гарячі новини

"Общественная экспертиза". Может ли Украина еще повлиять на судьбу Донбасса?

7 декабря состоялись виртуальные переговоры президентов США и России — Джо Байдена и Владимира Путина. Главным вопросом саммита стала проблема войны на востоке Украины. У этого события было несколько не очевидных, но важных аспектов. Во-первых, саммит состоялся через полгода после очной встречи политиков в Женеве. Тогда Байден заявил, что о результативности договоренностей можно будет судить через полгода. Состоявшиеся виртуальные переговоры показали, что стороны считают диалог продуктивным. Во-вторых, президенты двух сверхдержав, не скрывая этого факта, обсуждали Украину без Украины. Более того, сразу после разговора с Путиным Байден обзвонил своих главных европейских партнеров, а с Зеленским нашел время поговорить лишь на третий день, когда, как можно предположить, все решения уже были приняты. Что это за решения и каким образом они скажутся на судьбе Донбасса и Украины в целом?

 

1. Виртуальный саммит Байдена и Путина прошел ровно через полгода после их очной встречи. Означает ли это, что основные договоренности президентов (в том числе и те, которые не предаются огласке) выполняются?

Давид Арахамия, глава фракции "Слуга народа" в Верховной Раде:

— Думаю, прямой связи тут нет. И полагаю, что действительно есть прямые подтверждения того, что у нас происходит продуктивное сотрудничество на высшем уровне. Проходят довольно результативные встречи, на них идет активное обсуждение всех аспектов сотрудничества между нашими странами. И скоро будут новые встречи. Есть надежда, что откроется второе дыхание и у мирного процесса — с участием США. Вашингтон уже, в общем-то, открыто проводит переговоры с РФ как с одной из сторон конфликта в качестве посредника. Это позволит достигнуть реальных результатов в этом процессе.

Сергей Сивохо, лидер Национальной платформы примирения и единства:

— То, что виртуальный саммит прошел ровно через полгода после очной встречи, означает для нас одно: и США, и РФ находятся в диалоге, там однозначно работают одни из лучших команд переговорщиков по тем направлениям, которые интересны для этих двух стран. На мой взгляд, пока рано говорить о выполнении или невыполнении чего-либо. Публичной, достоверной информации у нас нет, а распространять то, что мы считаем домыслами или видениями "экспертов", сегодня крайне опасно.

Илья Кононов, заведующий кафедрой философии и социологии, профессор Луганского национального университета им. Т. Шевченко:

— Саммиты не сняли напряженность в отношениях США — Россия; НАТО — Россия. Однако они активизировали переговорный процесс. Из последних событий следует назвать саммит G7 11 декабря в Ливерпуле и анонсированный визит в Украину и Россию помощницы госсекретаря США Карен Донфрид, который должен состояться 13–15 декабря. В Ливерпуле новый министр иностранных дел Германии Анналена Бербок заявила о возможной встрече в "нормандском формате". В целом же "Большая семерка" призвала Украину и РФ вернуться за стол переговоров.

Думаю, активизация дипломатии свидетельствует, что определенные договоренности между Путиным и Байденом были достигнуты, и они реализуются. Вряд ли проблема Украины и конфликт на Донбассе исчерпывают эти договоренности. У США внешняя политика своей стратегической целью ставит сдерживание Китая. Фактически в современном мире международные отношения структурируются борьбой за гегемонию между этими странами. США еще при Обаме старались включить в том или ином виде в антикитайский альянс РФ. Руководство России на это не пошло. Более того, союзнические отношения между КНР и Россией укрепились. Это главная подоплека обострения отношений США и РФ. Украина в этих отношениях, к сожалению, играет роль инструментальную и расходную. Печально, что руководство Украины соглашается на эту роль нашей страны. Вполне возможно, что изменения в отношениях РФ и США приведут к тому, что руководство Украины будет поставлено в известность об изменившейся стратегии западных партнеров. Тогда будет разблокирован Минский процесс. Из нашей делегации, наверное, исчезнут такие фигуры, как Арестович, Гармаш и пр. Украина признает возможность ограниченных переговоров с "ЛНР/ДНР", и Донбасс с широкой автономией вернется в состав нашего государства.

Михаил Погребинский, политолог, директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии:  

— Думаю, это продолжение той первой встречи в Женеве. Полагаю, была договоренность о продолжении контактов. В частности, были, как я понимаю, намеки на то, что в принципе Соединенные Штаты могут поучаствовать в урегулировании кризиса на востоке Украины. И эта встреча последняя. Цель тут была, скорее, не урегулирование кризиса на востоке, а улучшение плохого имиджа сегодняшнего президента Байдена, восстановление его рейтинга, и надо что-то делать. И для этого американскими медиа была запущена вся кампания о том, что завтра Путин нападет и т. д. И вот состоялась беседа, ситуация как бы успокоилась. Деэскалировалась. Это то, чего добивались американцы, и они добились. Тогда даже, кажется, на несколько процентов рейтинг Байдена вырос. Но само по себе это не исключает продолжения попыток американцев как-то поучаствовать в урегулировании.

2. Каким может быть компромисс между США и Россией по Украине? Каким образом можно (и возможно ли в принципе) совместить требования России и украинского руководства по Донбассу? 

Давид Арахамия: 

— Это сложный мировоззренческий вопрос. Ведь необходим апгрейд Минских соглашений. Без их преобразования в той версии, которая выгодна РФ, прогресс по их выполнению невозможен. И чтобы этот апгрейд мог случиться в принципе, как раз и необходимо участие третьей стороны. Это может позволить сдвинуть этот процесс с мертвой точки. 

Сергей Сивохо: 

— Если у нас не будет проактивной дипломатии, если у нас будет рабочий только один трек (как сейчас модно говорить), а не несколько, если мы не сможем эффективно подключить гражданскую дипломатию, а также аналитическое и академическое сообщества к вопросу построения диалоговых площадок, то тогда наши интересы 100% не будут учитываться в том объеме, в котором мы хотим.  

Илья Кононов: 

— Контуры такого компромисса понятны: признаются без корректировок Минские соглашения, на неподконтрольных территориях при участии международных наблюдателей проводятся выборы, следует некий переходный период, после чего Украина получает под свой контроль восточную границу. Донбасс получает особый статус, предполагающий сохранение его культурной специфики. Крым при этом остается проблемой для восстановления дружеских отношений между РФ и Украиной. Его не забывают, но он переходит в статус долговременной проблемы.  

Однако этот компромисс возможен, если США и РФ договорятся и достигнут компромиссов по стратегическому противостоянию, по газовой политике, по отношению к Ирану и т. д. 

Для большинства украинского народа такие компромиссы будут благоприятными. Но следует помнить: в Украине за прошедшие семь лет сложились группы людей, для которых война на Донбассе стала прибыльным бизнесом. Этот бизнес касается и международной помощи, и контрабанды между подконтрольной и неподконтрольной территориями. У нас сформировались целые группы волонтеров, экспертов и просто пропагандистов, которые получают дивиденды от донбасского конфликта. Есть и более мелкие предприниматели, которые заинтересованы в его продолжении. Эти паразитируют вокруг КПВВ в качестве перевозчиков, установщиков программы "Дій вдома" и пр.

Думаю, не хотели бы компромиссного завершения конфликта и влиятельные группы украинской диаспоры в США и Канаде. Эти группы конфликт используют для культурного переформатирования страны в "анти-Россию", для радикальной переделки ее исторической памяти. Незаинтересованные в прекращении конфликта на Донбассе группы попытаются всячески компромисс сорвать. Они уже успешно это делали.  

Михаил Погребинский: 

— Считаю, что украинское руководство не надо слушать вообще. Их позиция — это, ну как бы, предельные условия, для тех, кто понимает что-то в математике. Это значит, надо принимать решение, а потом вынуждать украинское руководство и оппозицию. Я имею в виду оппозицию партии войны, тех, кто собираются у Савика Шустера, за исключением Бойко и Шуфрича. Остальная свора — это люди, которые хотят просто воровать на месте Зеленского. Они потеряли этот шанс, поэтому хотят вернуться к этому корыту. Управу на них могут найти только американцы. Я уверен: на каждого из них есть досье — о том, что они коррупционеры и воры. Включая Порошенко, Авакова, Яценюка и др.  

Что касается национал-радикалов, это все как бы определяется волей власти. Захотят — поставят их на место. И вот эта вся публика должна быть. Опекуны из американского посольства должны поочередно их вызвать и сказать. Вот мы договорились о том, что надо сделать то-то и то-то. Договорились с кем? Ясно, что с Путиным. И тогда им деваться некуда, придется соглашаться. Но для этого надо, чтобы американцы реально хотели урегулировать ситуацию. Совершенно понятно, что самый благоприятный для Киева вариант урегулирования — это Минские соглашения. А все остальное только хуже. В разы. А для американцев, мне кажется, Минские соглашения тоже меньшее зло из возможных вариантов урегулирования. Вот это и есть основания для того, чтобы искать компромисс, но только в том случае, если американцы реально хотят его найти. Предполагаю, что такое желание у них, ну если не сегодня, то завтра может появиться.  

3. Учитывая растущее международное значение ситуации вокруг Донбасса и нежелание ведущих региональных и геополитических игроков мириться с происходящим, какой должна быть политика Украины? Что можно еще сделать, чтобы окончательно не потерять влияния на процесс? 

Давид Арахамия: 

— Вопрос сформулирован фаталистически: почему вы считаете, что мы теряем влияние на процесс? У нас активная позиция, мы никакое влияние не теряем, а расширение потенциальных участников стало плодом переговоров в ходе личной встречи Владимира Зеленского и Джо Байдена полгода назад. Сегодня мы видим очередной виток, подтверждение слов, и надеемся, что в ближайшее время сможем прийти к новым форматам. 

Марина Черенкова, член правления Национальной платформы примирения и единства: 

— Активная позиция и диалоги со всеми игроками — региональными, геополитическими — только при одном условии: если внутри страны элиты найдут консенсус. Для меня очевидно одно: диалог в цивилизованном мире остается единственно возможным инструментом для решения вооруженных конфликтов. В нашем случае война — это не выход ни для одного из геополитических или региональных игроков. Впрочем, существует мнение, которое крайне опасно, и оно культивируется сейчас внутри страны. Молодому поколению внушают, что лучше отказаться от Донбасса и идти дальше своим путем. Но при этом непонятно, каким путем, и непонятно куда, но идти, чтобы все это прекратилось.  

Спешу разочаровать: мы не сможем поменять нашего северного соседа, и завтра нашими соседями вдруг не станут Норвегия или Швеция, или Финляндия. Поэтому мы должны понимать, изучать и прогнозировать следующие шаги всех наших соседей. К нашему счастью, поведение Российской империи, Российской Федерации со времен Ивана Грозного исключительно стабильно, и прогноз в этом вопросе не будет новым.  

Все, что нам нужно делать, — это анализировать, выстраивать свою повестку дня, предлагать ее и аккуратно навязывать. Не кричать, не бегать по посольствам и странам, не выпрашивать встречи, а предлагать конструктивную, долгосрочную стратегию совместного проживания, примирения и единения элит внутри страны. 

Илья Кононов: 

— Ситуация вокруг нашей страны в последние месяцы стала восприниматься как угрожающая в целом для системы международных отношений. Очевидно, что на правительственном уровне ни РФ, ни США, ни страны ЕС не хотят, чтобы ситуация вокруг Украины стала поводом для крупномасштабной войны. Думаю, есть тут и понимание необходимости компромиссов. Мир сейчас уже не однополярный. Никто из ведущих игроков не в состоянии в одностороннем порядке продавить свои национальные интересы. Поэтому вполне возможно, что ведущие мировые лидеры будут принуждать руководство Украины к поиску компромиссов с РФ. 

Руководству нашей страны для решения конфликта нужно ориентироваться на интересы большинства народа, а не на сиюминутные интересы узких групп. Именно интересы большинства народа должны быть положены в основу

поиска компромиссов. А без компромиссов, подчеркну это особо, конфликты не решаются. В политике нужен реализм. Без него как раз и теряется какой-либо контроль над процессом. И тогда уже поздно жаловаться, что судьба Украины решается без нее самой. 

Михаил Погребинский: 

— Ничего нельзя сделать, чтобы не потерять влияния на процессы. Это безнадежно. Влияние на процессы имеют только американцы. Ну и Россия. Ясно, что Зеленский не договороспособный. И трусливый. Он боится всех, но больше всего, как я понимаю, боится американского посольства. Это все дает предпосылки для урегулирования, но только, опять же, при условии, что будет найден компромисс между Путиным и Байденом. Это не просто. Очень много противников этого компромисса в Штатах. У Байдена позиция не очень сильная. Поэтому ему очень сложно пойти на это. Но это единственная возможность. В противном случае будет запущен процесс потери этой части Донбасса, причем, я предполагаю, что это, опять-таки, не самый плохой вариант. 

Заключение Общественной экспертизы  

Независимые эксперты уверены, что тема Украины активно обсуждается геополитическими игроками, а многие вопросы, относящиеся к этой теме, получают определенные ответы. В частности, речь идет о блокировании стремления украинской власти в НАТО и легализации обходящих Украину газопроводов, в частности "Северного потока — 2". Все более настойчиво звучат голоса западных союзников, призывающих Украину выполнять Минские соглашения, которые наша страна подписала именно в существующей редакции — с широкой автономией Донбасса, амнистией и т. д. Некоторые эксперты прямо говорят об утрате украинской властью политической субъектности и подчеркивают ее зависимость от руководства США, сводя таким образом судьбу Донбасса к переговорам Байдена и Путина. Впрочем, независимо от того, что произойдет в будущем, Украина прямо сейчас теряет свой восточный регион. Трусливая и нечистоплотная политика властных элит, продолжающих традиции Петра Порошенко, привела к тому, что значительная часть населения изолированного Донбасса получила российские паспорта и не связывает своего будущего с Украиной. Что касается населения "большой Украины", то оно под нажимом некоторых СМИ практически смирилось с утратой еще одного региона и просто не верит в способность собственной власти влиять на происходящие процессы.

Вести